**О статье “Правда и ложь” о “Югранефти” Анисима Кустового в “Независимой газете” 18 июля 2001 г.**

Статья “Правда и ложь” о Югранефти”, опубликованная в российской “Независимой газете” 18 июля 2001 года начинается словами: “Ложь должна быть простой, громкой и постоянно повторяться”. Именно такого принципа – просто лгать – и придерживается автор статьи, явно пытающийся оправдать незаконный захват “дочкой” Тюменской нефтяной компании – “ТНК-Нижневартовск” офиса и бизнеса небольшой нефтяной компании с 98% канадского капитала ЗАО “Корпорация “Югранефть”.

**Цитата из статьи**: “Итак, ЗАО “Корпорация “Югранефть” было создано в 1991 году как совместное предприятие для разработки Малочерногорского месторождения в Западной Сибири. Российским учредителем выступила нефтяная компания “Черногорнефть”, а иностранным - кипрская компания “Норекс Петролеум Лимитед”…”

**На самом деле** в 1991 году учредителем “Югранефть” с канадской стороны выступила канадская компания “NowscoR” - “дочка” одной из крупнейших сервисных компаний мира “Nowsco Well Services Ltd.”. Успешный старт проекта стало возможен благодаря поддержке правительства Канады и лично премьер-министра Брайана Малруни. А название “Норекс Петролеум Лимитед” появилась на свет только в 1993 году в результате переименования “NowscoR”. Как видите, в инициированной ТНК статье перевраны даже детали. Но главная ложь – впереди.

**Цитата из статьи**: “Доля “Черногорнефти” в уставном капитале “Югранефть”, внесенная деньгами и промысловым оборудованием, составляла 40%. На “Норекс” приходились остальные 60%, причем его основной вклад составляло ноу-хау вроде правил личной гигиены и техники мытья автомобилей”.

**На самом деле** никаких денег “Черногорнефть” в уставной капитал не вносила. Когда образовывалось СП, ситуация на месторождении была следующей. Уже с 1985 года для поддержания давления в пласты начали закачивать воду. В результате с 1987 года на месторождении началось падение добычи, которое достигало 33% в год, а обводненность добываемой нефти к началу 90-х превышала 50%. Разработка месторождения существующими на тот период времени методами привела к настоящей экологической катастрофе – вокруг промыслов экологи зафиксировали 55 разливов нефти. С учетом затрат, необходимых на ликвидацию экологического ущерба, дальнейшая разработка месторождения была потенциально убыточной.

Если бы “Норекс” пришел на месторождение с инструкциями по мытью автомобилей, добыча нефти на Малочерногорском месторождении давно бы прекратилась. На самом деле в первые два года в обустройство месторождения были сделаны инвестиции в размере 30 млн долларов. Были ликвидированы все разливы нефти, а по итогам 1992 года объем добычи нефти на 42% превысил уровень, который ранее планировала “Черногорнефть”. Такие результаты были достигнуты за счет технической оснащенности компании. Так, например, ЗАО “Корпорация “Югранефть” самостоятельно выполняет гидроразрыв пласта, в то время как работающая рядом на Самотлорском месторождении ТНК до сих пор привлекает для этого компанию “Halliburton”, которая в свою очередь периодически пользуется услугами нефтяной лаборатории “Югранефти”.

**Цитата из статьи**: “… с 1999 года канадцы в одностороннем порядке “переоценили” долю “Черногорнефти”, сократив ее с 40 до 1,4%. То, что вклад “Черногорнефти” подтверждался бухгалтерскими документами, их не остановило”.

**На самом деле** все было с точностью до наоборот. Переоценить долю “Черногорнефти” предложила аудиторская компания “МКПЦН” на основе анализа бухгалтерских документов (в том числе и плана приватизации АП “Черногорнефть”), так как части взносов “Черногорнефти” ей найти не удалось. Изменение долей в Уставе было зафиксировано Государственной регистрационной палатой. Никаких возражений со стороны “Черногорнефти” не было. Кстати, доля “Черногорнефти” была сокращено до 2,4%, а не до 1,4%. Непонятно, зачем ТНК врет по таким мелочам.

**Цитата из статьи**: “… оставшись, по сути, единственными акционерами, новоиспеченные канадцы назначили сами себе “девидентов” на 8 млн долл. и вывезли их из России”.

**На самом деле** дивиденды не “назначают”, а “получают”. 8 млн. долларов – это менее 15% от суммарной стоимости добытой нефти. Смешно упрекать акционеров в том, что они показали такую прибыль, когда прибыль российских нефтяных компаний не опускается менее 20-30%. Более 25 млрд долларов, или более четверти от суммарного объема экспорта, оставляют за рубежом российские экспортеры, главным образом нефтяные компании. В том числе и ТНК, которая, в частности, уплачивает в российскую казну 600 рублей с каждой тонны добытой нефти, а работающая в худших условиях “Югранефть” – 2,5 тыс. рублей.

**Цитата из статьи**: “При всем этом “Югранефть” продолжала обогащаться за счет “Черногорнефти” - за полную цену сдавала ей (для закачки в магистральный трубопровод) нефть с повышенным содержанием воды. Вместо полагающихся 5% обводненность ее нефти доходила до 50%. Масштабы “разбавления водой” оцениваются в 22-25 тыс. тонн в год. Точнее сказать трудно, потому что промыслы “Югранефти” не оборудованы узлом коммерческого учета нефти, что грубо нарушает обязательное требование Закона “О недрах”.

Написать такое мог только человек, который абсолютно не имеет понятия о подготовке нефти для закачки в систему магистральных трубопроводов. Это даже не ложь, а просто бред, как если бы живую свинью привели для продажи в колбасный магазин. Из текста следует, что “Югранефть” сама “разбавляла” нефть водой и в таком виде закачивала ее в систему магистральных трубопроводов.

**На самом деле**, после создания в 1992 году ЗАО “Корпорация Югранефть”, технологические и инфраструктурные объекты на Малочерногорском месторождении были арендованы компанией у Комитета по управлению имуществом округа (ХМАО). Но, чтобы нефть с месторождения попала в систему магистральных нефтепроводов АК “Транснефть” для поставки на экспорт или на внутренний рынок России, ЗАО “Корпорация Югранефть” использовали услуги подразделений “Черногорнефти” для подготовки, транспортировки, динамического отстоя и сдачи нефти в систему АК “Транснефть”. Создать параллельную автономную инфраструктуру для выхода в систему АК “Транснефть” для ЗАО “Корпорация Югранефть” было практически невозможно. Поэтому на пункте динамического отстоя нефти ДНС-1 югорская нефть проходила предварительную подготовку, при которой сокращалось содержание воды с более чем 50% (такой нефть выходит из скважины) до 4-6%. Окончательная подготовка нефти до товарной кондиции проводилась на Лор-Еганской ЦПС и в Белозерном центральном товарном парке (БЦТП) ОАО “Черногорнефть”, после чего в смеси с продукцией 5 других компаний сдавалась в систему АК “Транснефть” через узел учета № 544.

После перехода “Черногорнефти” в собственность ТНК, последняя стала всячески чинить препятствия для отгрузки нефти “Югранефть”. Формальным поводом для претензий стал аварийный сброс через ДНС-1 нефти с обводненностью свыше 10%, хотя для таких экстраординарных ситуаций в договоре был предусмотрен пересчет объема сданной нефти с понижающим коэффициентом. Уступая требованию ТНК, ЗАО “Корпорация Югранефть” согласилась модернизировать оперативный узел учета на ДНС-1 для соответствия его требованиям коммерческого (учет нефти с обводненностью около 50% недостоверен), и сейчас эта работа закончена. Требование “ТНК-Нижневартовск” построить и ввести в эксплуатацию установку по подготовке нефти, добываемой на Малочерногорском месторождении, до товарных кондиций на совещании в Минэнерго было отклонено, как противоречащее здравому смыслу и интересам Ханты-Мансийского округа.

**Цитата из статьи**: “В феврале 2000 года имущество “Черногорнефти”, объявленной к тому времени банкротом, приобрела Тюменская нефтяная компания (ТНК). Приобрела - отметим этот формальный момент - не как предприятие, а как имущественный комплекс со всеми его “потрохами”, включая акции дочерних предприятий. Как те англичане, что, купив старый дом, получили в придачу и фамильное приведение. На базе производственных мощностей “Черногорнефти” было образовано предприятие “ТНК-Нижневартовск”. Но “Югранефть”, опять же в нарушение закона, отказалось внести изменения в реестр акционеров, даже после того как ее обязал к этому Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа (ХМАО)”.

В отличие от привидений, которые являются сами по себе, акционерами юридические и физические лица становятся только после того, как они внесены в реестр акционеров. Кроме того, суд даже теоретически не мог обязать “Югранефть” внести изменения в реестр акционеров, потому что реестр акционеров ведет независимая регистрационная компания, которая только и вправе вносить изменения в реестр. “Югранефть” даже если бы и хотела, этого сделать не в состоянии.

**Цитата из статьи**: “Хронические “обвесы” с водой также продолжались, причем г-жа Кондрашина (генеральный директор ЗАО) постоянно уклонялась от подписания каких-либо соглашений с “ТНК-Нижневартовском” о порядке сдачи нефти. В итоге “дочка” ТНК вынуждена была прекратить отгрузки спорной нефти в трубопровод. Лишь после этого контракт был подписан, но стоило тюменцам возобновить прокачку нефти, как “Югранефть” сразу объявила, что заключила контракт под давлением и считает его недействительным”.

Как уже нетрудно догадаться, на самом деле все было наоборот. После того, как “ТНК-Нижневартовск” вынудило “Югранефть” начать строительство собственного оперативного узла учета, ТНК предложило до момента ввода узла в строй вести учет нефти с понижающим коэффициентом 0,75 вместо действующего на протяжении 8 лет - 0,96, то есть добровольно и бесплатно отдавать ей 20% добытого сырья. А так как это предложение было отклонено, как грабительское, ТНК отказалась в конце 1999 года заключать договор о предоставлении услуг на 2000 год, а с 12 января прекратило сдавать принадлежащую ЗАО “Корпорация Югранефть” нефть в систему магистральных нефтепроводов АК “Транснефть”.

Лишенная в течение 3 месяцев возможности продавать добытую нефть, сорвавшая квартальные графики поставок сырья на экспорт и на внутренний рынок РФ, ЗАО “Корпорация Югранефть” начала искать защиты у властей. 10 апреля генеральный директор ЗАО “Корпорация Югранефть” Людмила Кондрашина направила телефонограмму и. о. Президента РФ Владимиру Путину, а 12 апреля обратилась с письмом к Секретарю Совета безопасности Сергею Иванову. Первый вице-премьер Михаил Касьянов поручил разобраться в ситуации Минэнерго, после чего Первый заместитель Министра энергетики Александр Кочнев пригласил стороны к себе на совещание 17 апреля 2000 года.

Не дожидаясь совещания, ОАО “ТНК-Нижневартовск” 14 апреля направила ЗАО “Корпорация Югранефть” проект нового договора на предоставление услуг на 2000 год. Итоги первого совещания были заведомо невыполнимы - первым заместителем Министра энергетики Александром Кочневым сторонам было рекомендовано в 3 дня согласовать и подписать новый договор на подготовку, транспортировку и сдачу нефти. И только после этого ОАО “ТНК-Нижневартовск” должно было возобновить сдачу нефти. Между тем в указанные сроки было нереально подписать договор, содержащий абсолютно неприемлемые для ЗАО “Корпорация Югранефть” требования, от которых ТНК отказываться не собиралось.

Только после того, как в МИД России поступила официальная нота МИД Канады с требованием разобраться в ситуации, и конфликт принял международный характер, Александр Кочнев решил детально рассмотреть проект договора и по итогам совещания 28 апреля отклонил необоснованные требования ОАО “ТНК-Нижневартовск” .

В министерстве отклонили предложение ТНК ограничить срок действия договора на услуги, связанные с непрерывным производством, 30 июня 2000 года, отодвинув его до конца года. Право ОАО “ТНК-Нижневартовск” “в одностороннем порядке вводить временные ограничения на прием и подготовку нефти” было ограничено только аварийными ситуациями. Также Минэнерго РФ не поддержало предложения ОАО “ТНК-Нижневартовск” о праве сторон расторгнуть договор в одностороннем порядке.

Более того, Минэнерго отвергло пункты договора о применении дискриминационных коэффициентов - при отсутствии диаграммных лент самописца давления (согласован 0,8) и 0,75 - до ввода в эксплуатацию коммерческого узла учета и предложило компромиссный вариант - 0,94, либо применить к накопленной нефти коэффициент 0,92 с последующим пересчетом после реконструкции узла учета. На совещании ЗАО “Корпорация Югранефть” было готово подписать договор с включением любого из предложенных Александром Кочневым вариантов. В тоже время ОАО “ТНК-Нижневартовск” требовало до запуска коммерческого узла учета применять понижающий коэффициент 0,92 (без последующего пересчета), хотя исследования независимой лаборатории “СКП нефть”, проведенные 12-14 апреля показали, что средняя обводненность сдаваемой ЗАО “Корпорация Югранефть” нефти в 2000 году составляла 4,4%, а поправочный коэффициент, рассчитанный УИМЦ АО “Нефтеавтоматика” по методике самого же ОАО “ТНК-Нижневартовск”, составил 0,9647.

Кроме того, из договора были исключены требования об увязывании начала сдачи накопленной с 12 января нефти с проведением экспертизы узла учета и о взимании платы за хранение нефти, не предусмотренное технологическим процессом.

Ужесточение позиции Минэнерго было настолько неожиданньм для представителей ТНК, что они отказались подписывать протокол, сославшись на отсутствие полномочий. В этой ситуации Александр Кочнев объявляет о созыве повторного совещания 10 мая. На повторном совещании Александр Кочнев обязал ОАО “ТНК-Нижневартовск” возобновить сдачу нефти немедленно, а обе компании незамедлительно подписать договор на условиях, предложенных Минэнерго на совещании 28 апреля, решив приостановить до этого момента их экспортные поставки. Последняя мера могла бы заставить ТНК подписать протокол разногласий к договору, однако майский экспорт к этому времени уже был оформлен, а к началу июня ТНК, пригрозив подать в суд на неправомерные действия министерства, удалось убедить руководителей Минэнерго снять с ОАО “ТНК-Нижневартовск” экспортные ограничения, а по единственному неурегулированному вопросу о значении поправочного коэффициента при пересчете нефти - поддержать позицию ТНК и установить поправочный коэффициент 0, 92 без последующего пересчета после реконструкции узла учета нефти.

Находясь под давлением сложившихся обстоятельств (начиная с января 2000 года компания не реализовала ни одной тонны добытой нефти), 2 июня Людмила Кондрашина для возобновления поставок согласилась на требование ОАО “ТНК-Нижневартовск”, чтобы к объему накопленной с начала года нефти был применен коэффициент 0,92, хотя это означало потерю 3-4% добытой нефти.

Между тем 6 июня по заявлению “Корпорации Югранефть” комиссия Министерства по антимонопольной политике (МАП) возбудила против ОАО “ТНК-Нижневартовск” дело о нарушении закона “О конкуренции”, назначив слушания на 4 июля и обязав ТНК до 25 июня представить официальные объяснения отказа в заключении договора с ЗАО “Корпорация Югранефть” и отказа в сдаче его нефти в систему магистральных нефтепроводов. Реально оценивая силу своих аргументов, ОАО “ТНК-Нижневартовск” не стало дожидаться слушаний в МАП и 21 июня подписало с ЗАО “Корпорация Югранефть” протокол урегулирования разногласий по договору на подготовку, транспортировку и сдачу нефти от 13 апреля 2000 года, возобновив в тот же день сдачу нефти в систему АК “Транснефть”.

Тем не менее, 4 июля комиссия МАЛ установила, что ОАО “ТНК-Нижневартовск”, занимая доминирующее положение на рынке (т. е. будучи монополистом), нарушило положения статьи 5 закона “О конкуренции” (раздел 2 “О монополистической деятельности”). Комиссия МАП инкриминировала “ТНК-Нижневартовск” необоснованный отказ от заключения в течение почти полугода договора на предоставление услуг по транспортировке и подготовке нефти. Кроме того, “дочка” ТНК “с целью понуждения принять предлагаемые условия договора подрядчика” с 12 января по 21 июня 2000 года не сдавала ресурсы ЗАО “Корпорация Югранефть” в систему АК “Транснефть”, создавая препятствия в доступе этой компании на товарный рынок, в результате чего ЗАО “Корпорация Югранефть” “не выполняет балансовые задания по поставкам нефти на НПЗ России, срывает выполнение лицензионного соглашения, а также несет убытки”.

Вот так обстояло дело с заключение контракта между ЗАО “Копрорация “Югранефть” и “ТНК-Нижневартовск” в 2000 году.

**Цитата из статьи**: “26 июня Арбитражный суд ХМАО принял решение об аресте части акций “Югранефти”, принадлежащих “Норексу”. После чего у “ТНК-Нижневартовска” оказался пакет в 79% акций корпорации (без учета арестованных). Голосуя ими, тюменцы провели внеочередное собрание акционеров и назначили нового генерального директора Александра Бермана, ранее работавшего в “Югранефти” главным инженером”.

**Действительно** пакет акций был арестован по иску ТНК, на период рассмотрения дела в суде “Норекс” лишался права им голосовать. Но у “ТНК-Нижневартовск” не могло быть 79% акций, так как такой компании нет в реестре акционеров ЗАО “Корпорация “Югранефть” и само собрание и все решения собрания являются незаконными с самого начала. Если уж и собралась ТНК предъявлять претензии, то она должны была адресовать их регистратору – компании “Энергорегистратор”, которая отказывается внести ТНК в списки акционеров, справедливо опасаясь лишиться лицензии за грубое нарушение закона.

**Цитата из статьи**: “…все действия ТНК проводились, во-первых, в строгом соответствии с законом, и, во-вторых, только после многократных попыток договориться мирно, сорванных самим же “Норексом”.

Комментарии, как говорится, излишни.

И **последняя цитата**: “Не исключен и другой вариант, судя по тому, с каким упорством “Норекс” провоцирует все новые скандалы. Ротзанг (председатель Совета директоров “Норекса”) может просто действовать в интересах тех сил на Западе, которым выгодно представить Россию царством беззакония, коррупции, массового попрания прав человека. Одним словом, признать нас страной, чуждой современной цивилизации, и повесить новый железный занавес. В недавнем обращении к президенту России Владимиру Путину канадцы пишут, что события вокруг “Югранефти” представляют собой “еще одно звено в систематическом и целенаправленном разрушении западных интересов в энергетическом секторе в России и странах бывшего СССР”. С этим трудно не согласиться. “Югранефть” действительно выглядит как провокация с целью отпугнуть иностранных инвесторов”.

Известно, что вором в толпе является тот, кто громче всех кричит “Держи вора!”. Перечислять нарушения законов со стороны ТНК, в частности, и вообще группы “Альфа”, в которую ТНК входит, - дело неблагодарное, от завтрака до обеда не успеешь. А насчет провокации ТНК абсолютно прав: вламываться силой в чужой офис на основании фальшивой бумажки есть самая настоящая провокация против иностранных инвесторов и политики Президента России по привлечению иностранных инвестиций. Все действия ТНК в отношении ЗАО “Корпорация “Югранефть” за последний год есть сплошное беззаконие, основанное на коррупции органов, которые по долгу службы должны были пресечь действия ТНК, и попрании прав законных собственников.

Вот такая статья появилась 18 июля в уважаемой “Независимой газете”. Она еще раз доказывает неправоту ТНК, иначе зачем было бы прибегать к такому количеству лжи?